Ледяной трон  - Татьяна Осинская

— Опять забыла?!

Злой прищур мне не понравился.

— Простите, Рин. Что происходит?

— Завтрак.

— Я не про это!

— А про что?

— Вы… Это такая месть, да? За мой обман?

— Каймин, возможность поухаживать за королем не месть, а награда, чтобы ты знала. Из многочисленных придворных в этом зале с монархом за одним столом сидели не больше дюжины. И лишь архимаг — повторно. Ты же делишь со мной трапезу не первый раз. Полагаю, и не последний.

Я привстала, чтобы было удобнее выбирать и накладывать еду.

— Невольно задумаешься: за какие заслуги меня удостоили подобной чести?

— Спасение моей жизни?

— Вы тоже меня спасали!

— Ты сильный маг?

— Как и многие здесь присутствующие!

— Мне интересна твоя компания?

— Это вы у меня спрашиваете?

Он тихо засмеялся, отчего у меня непонятно засвербело между лопаток. Я застыла с недонесенной ложкой, не понимая, что происходит. Только глубоко вдохнув, смогла взять себя в руки и быстро закончила раскладывать еду.

— Рин, простите, но мне кажется, что я схожу с ума. Или все еще валяюсь в горячке после ранения.

— Почему?

— Я вас не понимаю… Вы же — Снежный король! Вас все боятся и опасаются. И…

— И что? Думаешь, я не могу быть другим? — участливо спросил его величество и протянул мне бокал с вином.

Тонкий аромат окутал, взбудоражил воспоминания о теплом море, рубиновом закате и надежных руках. Я не заметила, как выпила все до капли.

— Можно мне еще?

— Нет. Иначе быстро опьянеешь. Лучше поешь и расскажи о планах. Ты не забыла о своем задании — следить за темным магом?

— Помню.

Вино помогло снять напряжение, огненной лавой растекаясь по телу. Я наконец-то без страха посмотрела на сидящего напротив мужчину. Белые с серебристым отливом волосы опускались до плеч, острый подбородок, высокие скулы и брови вразлет. И даже необычный зрачок с двойным черным ободком сейчас не пугал. Я поймала себя на мысли, что откровенно любуюсь. Впервые любовалась еще кем-то, кроме Альдарина… На этой мысли легкость сознания тут же улетучилась.

— Насколько я заметила, Мор неравнодушен к магии и различным опытам. На этом я и собираюсь сыграть.

— Хорошая идея, только постарайся случайно не выдать ему никаких важных сведений.

— Я хоть и девушка, но не дура.

— Я этого и не говорил, хотя после случая с Гранатовым морем засомневался.

— Ваше…

— Рин, Каймин. Нас достаточно многое связывает, — многозначительно произнес Снежный король, — чтобы наедине ты могла обращаться ко мне по имени.

Наверное, будь я старше и опытнее, то смогла бы сдержаться и смолчать. Сыграла бы на интересе короля и отомстила. Но, увы, я оказалась не готова к интригам и дворцовой жизни. Вскочив со стула, я со злостью посмотрела на Ледышку и прошипела:

— Могла бы, но не буду! Мне тошно от одной мысли, что приходится делить пищу с убийцей моего брата! Я ненавижу вас! Ненавижу!

Выговорилась. Выпустила пар и только после этого поняла, что натворила…

— Сядь, — спокойно произнес монарх, указывая на стул. — А теперь послушай и постарайся понять. Мы с тобой уже говорили о выборе, который есть у каждого. Мы обсуждали последствия, которые неизменно следуют за ним. Покушение на короля — это выбор твоего брата. Наказание виновных — мое решение. Мы оба могли поступить иначе, но сделали так, как сделали. В этом нет ни моей, ни твоей вины. Так ответь, Каймин ал Дирен, за что именно ты меня ненавидишь?

— Возможно, мой брат и заслуживал… смерти, — как я ни старалась, голос все же дрогнул, — но за что вы лишили его посмертия? За что разорвали его связь с родной стихией, лишив души? А отец… Князь Вьюжный много лет преданно служил трону, разве он заслужил такой мучительной казни? — Я тяжело сглотнула и зажмурилась, чтобы сдержать предательские слезы. — Я не верю, что это был выбор Наймина, но в вашем — не сомневаюсь. О чем вы думали, когда принимали это решение? Понимали, что лишаете несовершеннолетнюю трилу будущего? Я осталась совершенно одна… без поддержки и защиты…

— У тебя была и есть защита, Кай.

— И кто же? — я пристально посмотрела в глаза тому, кто лишил меня самого дорогого.

— Я.

Этот простой короткий ответ словно выбил из легких воздух. После смерти брата мне все труднее было держать удары судьбы. Вот и сейчас эмоциональный всплеск выпил все силы. На меня навалилась странная апатия. Единственным желанием было лечь и поспать, если после всего сказанного мне позволят это сделать, а не предадут в руки палача.

— Ваше величество, позвольте уйти?

Сейчас я готова была сбежать, несмотря на его ответ, поскольку ощущала острую необходимость принять порошок. Нужно было хоть немного успокоиться, собраться с мыслями.

— Ты не поела.

— Я… сыта.

— Ступай. Встретимся на обеде.

— Да, мой король, — прошептала я и пошла прочь, не в силах даже поклониться на прощание.

Закрывшись в покоях, я скинула одежду и долго стояла под струями ледяной воды, пока не начало трясти от холода. Облегчения это не принесло, поэтому, кое-как вытерев мокрые волосы, я легла спать. Все, на что хватило сил, — это достать пузырек и вдохнуть дозу. Депрессия уже приняла меня в свои объятия. Она сдавила грудь, мешая дышать. Ее острые когти царапали душу, вынимая оттуда одно воспоминание за другим. Только «лекарство» притупляло эту боль и дарило надежду на спасительный сон. Я плотнее закуталась в одеяло и провалилась в тревожное забытье.

Не помню, что мне снилось. Я металась между сном и явью, но каждый раз что-то мешало проснуться. Словно кто-то применил чары, мешавшие прийти в себя.

Когда я открыла глаза, за окном уже сгущались сумерки. Несмотря на сезон Интара, оконные стекла потихоньку покрывались морозными узорами. В камине, занимавшем почти полстены, мягко потрескивали дрова, от которых шел потрясающий запах хвои, и мне очень хотелось бы знать, кто разжег огонь. Возможно, тот, кто укутал меня еще одним одеялом — сделанным из шерсти редкого и оттого дорогого животного. Такое одеяло — красивое, легкое и очень теплое — способен позволить себе далеко не каждый милиат.

Из всех сколько-нибудь знакомых мне лайров только король мог сделать такой подарок, и теперь я не знала, чего боюсь больше: того, что именно он уже приходил сюда однажды и оставил отметины на шее, или того, что мою спальню посетили два разных и очень сильных мага. И почему я сразу не активировала артефакт, подаренный трилом Лаелем?

Встав с кровати и завернувшись в одеяло, я достала из шкатулки кристалл. Создав матрицу охранного заклинания, заложила в структуру и огляделась. Артефакт нужно было пристроить так, чтобы просматривалась вся комната, а сам он не попадался на глаза. Я прошлась по комнате, примеряясь то к одному, то к другому месту, но остановила выбор на портрете неизвестной леди с выдающимся декольте. К этой провокационной детали я и приладила кристалл — издалека он походил на кулон.